Песня расставания.

 

Погаснут свечи, смолкнет гул оваций,

И в нашу честь трубач сыграет туш.

Мне очень грустно с вами расставаться.

Я чувствую звучанье ваших душ.

 

Спасибо вам, и дай вам Бог удачи!

Пусть мчатся дни в заоблачную даль,

И ветер осени от вас на крыльях грачьих

Уносит боль, и драму, и печаль.

 

Подайте занавес! Нам жить ещё и жить,

Идти вперёд сквозь тернии и грозы.

И ни к чему, поверьте, ваши слёзы.

И прошлое не стоит ворошить.

Ведь всё равно не пустишь время вспять.

Я не люблю затянутых прощаний.

Не надо слов, не надо обещаний –

Я верю, что мы встретимся опять.

 

Истории бушующий фарватер

Мы остановим твёрдою рукой,

Чтобы поднять бокал за Альма-Матер

И губы сжечь рифмованной строкой.

 

А только жизнь слепа, и может статься,

Я вижу вас, увы, в последний раз.

Мне очень грустно с вами расставаться.

Я вас люблю, я думаю о вас.

 

Подайте занавес! Нам жить ещё и жить,

Идти вперёд сквозь тернии и грозы.

И ни к чему, поверьте, ваши слёзы.

И прошлое не стоит ворошить.

Ведь всё равно не пустишь время вспять.

Не надо слов, не надо обещаний.

Обнимемся друг с другом на прощанье.

Да будет с нами Божья Благодать!

 

5 января 1994 г.

 

 

*****

 

Ветер в поле воет зловеще.

Стоп, секунды! Молчать! Не сметь!

Кровь из горла потоком хлещет,

А за окнами бродит Смерть.

 

В чёрный плащ до колен укуталась –

Видно, спьяну с дороги спуталась.

Жертву ищет, шатаясь по лесу,

Да косой сечёт ниже пояса!

 

Крик ребёнка сорвался в ночь.

Шелест крыльев …  И вдруг – молчание.

Убирайся скорее прочь

Из воскресшей души отчаянье!

 

Слышу, слышу шаги на лестнице!

Знаю поступь зловещей кудесницы!

Разорву, разорву Смерти кружево!!!

Станет мне молитва оружием!

 

Милая, улыбнись, не плачь.

Много за ночь пролила слёз ты.

Снова кони несутся вскачь.

А на небе погасли звёзды.

 

И поэтому я обещаю тебе и всем людям, которые читали,

читают или будут читать мои стихи, никогда не сочинять эпитафий.

 

19 февраля 1994 г.

 

 

*****

 

Опять за окнами - март,

На Сретенке тает снег.

Вплетается в зимний гвалт

Весёлый девичий смех.

 

Синеет лазурью даль,

И воздух дрожит слегка.

Пичугой плывёт печаль

Куда-то за облака.

 

А я так устал от дум.

Напиться бы, что ли, вдрызг,

Чтоб ветер прочистил ум

Фонтаном весенних брызг.

 

Вчера я был ещё тот,

Сегодня – совсем другой.

Как будто растаял лёд,

И тихо поёт прибой.

 

Вернулся в душу азарт,

А значит – придёт успех!

Опять за окнами – март.

На Сретенке тает снег.

 

Март 1994 г.

 

 

*****

 

На Тверском бульваре весна

В ярко-красном прозрачном ситце

Разгоняет остатки сна,

Да листает стихов страницы.

 

На Тверском бульваре зима

Бумерангом сменяет лето.

На Тверском бульваре дома

То в сирень, то в меха одеты.

 

На Тверском бульваре пожар

Зажигается ранней осенью,

Да клиновые листья кружат

В сером небе с печальной просинью.

 

На Тверском бульваре любовь

У прохожих на лицах светится.

На Тверском бульваре с тобой

Я сегодня мечтаю встретиться.

 

На Тверском бульваре дожди

Смоют звёздной палитры чудо,

Только я скажу: - Подожди,

Не спеши уходить отсюда.

 

Даже если огонь в груди

Смерть однажды навек потушит,

На бескрайнем Млечном Пути

Снова встретятся наши души.

 

И тогда земные мечты

Унесутся в пустом трамвае,

Но останемся я и ты,

Я и ты – на Тверском бульваре.

 

Сентябрь 1994 г.

 

 

Смерть Маяковского.

 

Взведён револьвер – лишь нажми на курок,

И пуле свинцовой в патроннике тесно.

Пробили часы: вот и кончился срок.

Сегодня душа улетит в неизвестность.

 

Порвалась судьбы путеводная нить,

Любовь на ветру уцелеть не сумела,

И строчка: «Прошу никого не винить»,-

Ложится на лист, от волнения белый.

 

Взгляд смерти из дула нацелен в висок,

Удар! - и в куски разорвалась планета …

Лишь алая кровь, словно клюквенный сок,

Стекала из уст молодого поэта.

 

1994 г.

 

 

*****

 

Иней лёг на провода,

Снова мы с тобой в разлуке,

Ветра траурные звуки

Улетают в никуда.

 

Наша жизнь и наша боль –

Это, право, не от мира.

Сказка Северной Пальмиры

Дышит тайной грозовой.

 

Пролетают поезда,

Тает снег в моей ладони,

И зажглась на небосклоне

Путеводная звезда.

 

1994 г.

 

 

*****

Бессонный ветер с уст моих опять унёс слова любви,

И песни простенький мотив сорвался с крыши.

В пучине звёзд Седой Старик к Земле склонил печальный лик –

Его ты просто позови, и Он услышит.

 

В той изумрудной полутьме, где Храм построен на Крови,

Где золотые купола прохладой дышат,

За суетой бегущих лет взирает радостно Поэт –

Его ты только позови, и Он услышит.

 

Я ухожу за горизонт к порогу утренней зари,

Чтобы заполнить в пустоте живую нишу.

Не плачь над странною судьбой. Не бойся, я всегда с тобой –

Меня ты только позови, и я услышу.

 

Сентябрь 1994 г.

 

 

 

 

*****

 

Ты бываешь такая разная,

Словно флейты живой звучание.

То окутаешь душу фразами,

То раскроешь себя в молчании.

 

Ты бываешь такая нежная,

Ты бываешь такая тонкая –

Иногда по-февральски снежная,

Иногда по-апрельски звонкая.

 

Не подвластна слепому случаю,

В мире добрых стихий кружимая,

Ты, как Солнце, бываешь жгучая

И, как звёзды, непостижимая.

 

То одаришь смехом морошковым,

То овеешь грустью рябиновой –

Несмотря ни на что – хорошая,

Несмотря ни на что – любимая.

 

И останется в сердце, видимо,

Каждый день, что с тобою праздную

В моей жизни, такой обыденной,

Ты бываешь такая разная!

 

1995 год.

 

 

Письмо.

 

Здравствуйте,

                  в Москве сейчас ночь -

Снова грусть у дверей сутулится...

Что же делать? Её не прогонишь прочь -

Не тепло в сентябре на улице.

 

Я надеюсь, Вы согласитесь со мной,

Что не всякая грусть - от слабости,

И, наверное, только в жизни иной

Мы узнаем все краски радости.

 

И поэтому я открою дверь,

Предложу чашку кофе гостье -

И пускай до утра ветер воет теперь

Чёрным волком на стылом погосте.

 

А потом мы зажжём восковую свечу -

Будут тени плясать за околицей.

И тогда, в полутьме, я чуть-чуть помолчу,

Ну, а гостья моя - помолится.

 

О бессилии нашем расскажет она

И о дне, что недавно был прожит.

Долго будем вдвоём мы стоять у окна,

Пока сон в постель не уложит.

 

Мы проснёмся с рассветной зарёй, чтобы вновь

Удивляться судьбе и молиться.

Грусть моя

                примет новое имя - любовь,

Став похожей на белую птицу.

 

Я ей волосы заплету в косу.

Как сестру, обниму за плечи.

И тогда, прославляя Небес красу,

Мы отпразднуем нашу встречу.

 

Вот и высказал Вам, что просил душа.

И уже не страшит страдание.

Снова в тёмную даль ухожу не спеша.

До свидания...

                До свидания...

 

 

1995 г. Москва, ДСВ.

 

 

*****

 

Плевать на то, что стихи не пишутся,

Что в тайну лиры всё меньше верую.

Зато сегодня мне легче дышится,

И воздух мой не отравлен серою.

 

Любовь сестра мне, а жизнь - попутчица,

И пусть Вселенная злобой полнится -

Я загадаю - и всё получится!

Я прикажу - и мечта исполнится!

 

Вот жаль, душа суетой изранена...,

Да я уж Богу дал обещание!

И перед битвой под небом каменным

Ты поцелуй меня -

                       на прощание.

 

 

1995 г. Москва, ДСВ.

 

 

 

*****

 

Мне бы впору от сомнений отчаяться -

Сердце снегом в феврале запорошено.

Не кончается метель, не кончается,

Рвётся в комнату незванна-непрошенна.

 

Мысли-вороны к добыче слетаются.

Крылья чёрною измазаны сажею.

Не читаются стихи, не читаются!

И душа болит, задетая заживо.

 

Только

         люди на планете встречаются,

И венчаются их судьбы под грозами!

Не кончается любовь! Не кончается!

Значит,  завтра небосвод будет розовый!

 

1995 г. Москва, ДСВ.